, считавшего, что тот знает многое.
Бросив последний обрывок салфетки в пепельницу, Бонд сказал:
&..
С.: Ты пишешь статью! Это весьма нелогично, после всего сказанного.
В.: Кому нужна логика?..
ловно божество, Альфа и Омега (4) сущего, над океаном
легких облаков, и смотрит вниз; потом, после неопределенно долгого перерыва,
уже не испытывая такого блаженства, оно восприняло чу..
...
Бонивар был всегда одним из ее самых твердых столпов: чтобы упрочить свободу
нашей республики, он часто ставил на карту свою свободу; он забыл о своем
спокойствии, отказался от своих богатств; он сделал все, что мог, для того,
чтобы упрочить счастье страны, которую почтил своим избранием; с того
момента, как он признал ее своей родиной, он полюбил ее как самый ревностный
из ее граждан; он служил ей с геройским бесстрашием и написал свою "Историю"
с наивностью философа и горячностью патриота.
Он говорит в начале своей "Истории Женевы", что "с того времени, как он
начал читать историю народов, он почувствовал влечение к республикам и
принимал всегда их сторону; эта любовь к свободе, несомненно, и побудила его
избрать Женеву своей второй родиной.
Бонивар был еще молод, когда открыто выступил защитником Женевы против
герцога Савойского и епископа. В 1519 году Бонивар сделался мучеником за
свою родину: когда герцог Савойский вступил в Женеву с пятьюстами человек,
Бонивар, опасаясь гнева герцога, хотел укрыться в Фрибург от грозивших ему
преследований. Но его предали два человека, сопровождавшие его, и по приказу
герцога его отвезли в Гролэ, где он пробыл в тюрьме два года. Путешествия не
спасали Бонивара от беды: так как несчастия не ослабили его преданности
Женеве и он продолжал быть страшным врагом для всех ее недругов, то и
подвергался всегда опасности преследований с их стороны. В 1530 году в горах
Юры на него напали воры, ограбили его и препроводили к герцогу Савойскому.
Последний заточил его в Шильонский замок, где Бонивар пробыл, не будучи ни
разу подвергнут допросу, до 1536 года, когда его высвободили из тюрьмы
бернские войска, завладевшие всем кантоном Ваад (Pays-de-Vaud).
Выйдя на свободу, Бонивар был обрадован тем, что увидел Женеву
свободной и преобразованной; республика поспешила выказать ему свою
благодарность и вознаградить его за вынесенные им бедствия: в июне 1536 года
он был возведен в звание женевского гражданина, республика принесла ему в
дар дом, где некогда жил генеральный викарий, и назначила ему пенсион в
двести золотых экю на все время его пребывания в Женеве...
